ЗЫ. Для справки, формулировка "трижды разведена со мной" произнесенная вслух при свидетелях, подразумевала обязательный развод, чего сказочным персонажам совсем не хотелось.
Еще вот такая шкварочка, правда, это скорее для будуарчика:
Так прошло еще де- сять дней, а через двадцать дней девушка сходила в баню, и потом подали столик с кушаньями, в числе которых было блюдо засахаренного миндаля в уксусе, политого розовой водой с мускусом, и подрумяненные куриные груд- ки, и прочее, ошеломляющее ум. И, клянусь Аллахом, я, не откладывая, на- лег на миндаль и наелся им досыта и вытер руки, но забыл их: вымыть, и я сидел до тех пор, пока не наступил мрак; и зажгли свечи, и пришли певицы с бубнами, и невесту все время открывали и одаривали золотом, пока она не обошла весь дворец, а после этого ее привели и облегчили от бывших на ней одежд, и я остался с нею наедине в постели и обнял се, и не верил, что обладаю ею. Но она почувствовала от моих рук запах миндального ку- шанья и, почуяв его, издала громкий крик, и невольницы со всех сторон прибежали к ней, а я испугался и не знал, что случилось. И невольницы спросили ее: "Что с тобой, сестрица?" И она отвечала: "Уведите от меня этого сумасшедшего! А я-то думала, что он разумен!" - "В чем же прояви- лось мое безумие?" - спросил я. И она воскликнула: "Сумасшедший, зачем ты поел миндаля и не вымыл руки? Клянусь Аллахом, я отплачу тебе за твой поступок! Разве может такой, как ты, обладать подобною мне!" И она взяла лежавший рядом с нею витой бич и стала бить меня им по спине и по си- денью, пока я не потерял сознания от множества ударов; а она сказала не- вольницам: "Возьмите его и отведите к правителю города: пусть отрежут ему руку, которую он не вымыл, поев миндаля!" И, услышав эти слова, я воскликнул: "Нет мощи и силы, кроме как у Аллаха. Мою руку отрежут за то, что я ел миндаль и не вымыл ее!" И невольницы подошли к ней и сказа- ли: "О сестрица, не взыщи с него на этот раз за его поступок!" Но она воскликнула: "Клянусь Аллахом, я непременно отрежу что-нибудь у него на теле!" И она ушла и исчезла на десять дней, так что я ее но видел, а че- рез десять дней она пришла и сказала мне: "О чернолихий, я научу тебя, как есть миндаль и не мыть рук!" И она кликнула невольниц, и они связали мне руки, а девушка взяла острую бритву и отрезала мне большие пальцы, - как вы видите, господа, - и я потерял сознание. А затем она посыпала раны порошком, и кровь оста- новилась, и я стал говорить: "Не буду больше есть миндаля, пока не вымою рук сорок раз мылом, сорок раз содой и сорок раз щелоком!" И она взяла с меня обещание, что я не стану есть миндаля раньше, чем не вымою руки так, как я сказал.
Приятно было вспомнить, у меня был четырехтомник (вроде) да еще и с иллюстрациями, лет в десять это читалось как жОсткая эротика и я страшно удивилась, когда узнала, что алладин был маленьким китайским мальчиком.
Вот эта цитата хороша: йеменец, господин невольниц, сделал знак упитанной невольнице, и она поднялась и указала рукой на худощавую, и обнажила свой живот, так что стали видны его складки и показалась округ- лость ее пупка. А затем она надела тонкую рубашку, яз-под которой было видно все ее тело, и сказала: "Слава Аллаху, который сотворил меня и сделал мой образ красивым и наделил меня жиром и прекрасной полнотой и уподобил меня ветвям и увеличил мою прелесть и блеск! Слава ему за то, что он даровал мне, и за то, что почтил меня, когда помянул в своей ве- ликой книге, - велик он!
и эта: казали мудрецы: "Наслаждение в трех вещах: есть мясо, ездить верхом на мясе и вводить мясо в мясо". А ты, о сухопарая, - твои ноги - точно ноги воробья или печная кочерга, ты крес- товина распятого и мясо порченного, и нет в тебе ничего радующего ум
ай прелесть какая
Приятно было вспомнить, у меня был четырехтомник (вроде) да еще и с иллюстрациями, лет в десять это читалось как жОсткая эротика.....
...А потом она поднялась, оголилась и легла рядом с Нур-ад-дином. Она начала его растирать, и он пробудился от сна и увидел подле себя девуш- ку, подобную чистому серебру, мягче шелка и свежее курдюка. Она была За- метнее, чем знамя, и лучше красных верблюдов - в пять пядей ростом, с высокой грудью, бровями точно луки для стрел и глазами, как глаза газе- лей. Щеки ее были точно анемоны, живот у нее был втянутый и со складка- ми, пупок ее вмещал унцию орехового масла, и бедра походили на подушки, набитые перьями страусов, а между ними была вещь, которую бессилен опи- сать язык, и при упоминании ее изливаются слезы. И как будто имел в виду поэт, говоря такие стихи: И ночь - из ее волос, заря - из ее чела, И роза - с ее щеки, вино - из ее слюны. Сближение с ней - приют, разлука же с ней - огонь. В устах ее - жемчуга, на лике ее - лупа. А как прекрасны слова кого-то из поэтов: Являет луну и гнется она, как ива, И пахнет амброй и глядит газелью. И мнится, грусть влюбилась в мое сердце И в час разлуки с ней вкушает близость. Ее лицо Плеяды затмевает, И лба сиянье затмевает месяц. А кто-то из поэтов сказал также: Открылись они луной, явились нам месяцем, Как ветви качаются, как лани глядят на нас. И есть насурьмленные средь них, столь прекрасные, Что прахом под ними быть Плеяды хотели бы. И Нур-ад-дин в тот же час и минуту повернулся к девушке, и прижал ее к своей груди, и стал сосать ее верхнюю губу, пососав сначала нижнюю, а затем он метнул язык между ее губ и поднялся к ней, и нашел он, что эта девушка - жемчужина несверленая и верблюдица, другим не объезженная. И он уничтожил ее девственность и достиг единения с нею, и завязалась меж ними любовь неразрывная и бесконечная. И осыпал он щеки ее поцелуями, точно камешками, что падают в воду, и пронзал ее словно разя копьем при набеге врассыпную, ибо Нурад-дин любил обнимать черноглазых, сосать ус- та, распускать волосы, сжимать в объятиях стан, кусать щеки и сидеть на груди, с движениями каирскими, заигрываниями йеменскими, вскрикиваниями абиссинскими, истомой индийской и похотью нубийской, жалобами деревенс- кими, стонами дамиеттскими, жаром саидийскпм и томностью александрийс- кой. А девушка соединяла в себе все Эти качества вместе с избыточной красотой и изнеженностью, и сказал о ней поэт: Вот та, кого целый век забыть я стремился, Но все ж не склонялся к тем, кто не был к ней близок, Подобна она луне во всем своем облике, Прославлен ее творец, прославлен создатель! И если свершил я грех великий, любя ее, То нет на раскаянье мне больше надежды. Бессонным из-за нее, печальным, больным я стал, И сердце смущенное о ней размышляет. Сказала она мне стих (а знает его лишь тот, Кто рифмы передает и доблестен в этом): "Известна ведь страсть лишь тем, кто сам испытал ее, И знает любовь лишь тот, кто сам с ней боролся". И Нур-ад-дин с девушкой провели ночь до утра в наслаждении и радос- ти одетые в одежды объятий с крепкими застеж- ками, в безопасности от бедствий ночи и дня, и спали они в наилучшем состоянии, не боясь при сближении долгих толков и разговоров, как сказал о них поэт превосходный: Посещай любимых, и пусть бранят завистники - Ведь против страсти помочь не может завистливый. И Аллах не создал прекраснее в мире зрелища, Чем влюбленные, что в одной постели лежат вдвоем. Обнялись они, и покров согласья объемлет их, А подушку им заменяют плечи и кисти рук. И когда сердца заключат с любовью союз навек, По холодному люди бьют железу, узнай, тогда. О хулящие за любовь влюбленных, возможно ли Поправленье тех, у кого душа испорчена?
Своего рода энциклопедия знаний, необходимых арабской девушке.
Балдею от манеры изложения....
"Ты хорошо сказала! - молвил факих и затем спросил: - Где находится разум?" - "Аллах бросает его в сердце, - сказала девушка, - и лучи его поднимаются в мозг и утверждаются там".
Когда же настала ночь, дополняющая до четырехсот сорока, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что, когда девушка произнесла слова священного предания, факих сказал: "Хорошо! Расскажи мне о молитве - что это такое?" И девушка ответила: "Молитва - связь между рабом и господином его, и в ней десять качеств: она освящает сердце, озаряет лицо, умилостивляет милосердого, гневит сатану, отвращает беду, избавляет от зла врагов, ум- ножает милость, отвращает кару, приближает раба к его владыке и удержи- вает от мерзости и порицаемого. Молитва - одно из необходимых, обяза- тельных и предписанных правил, и она - столп веры".
А затем поднялся перед девушкой другой человек и сказал ей: "О девуш- ка, выслушай от меня несколько вопросов". - "Говори!" - сказала девушка, и факих спросил: "Что такое правильное вручение товара?" - "Когда из- вестна цена, известен сорт и известен срок уплаты", - отвечала девушка. "Хорошо! - сказал факих. - Каковы правила еды и установление о ней?" - "Правила еды, - сказала девушка, - сознание, что Аллах великий наделил человека и накормил его и напоил, и благодарность Аллаху великому за это". - "А что такое благодарность?" - спросил факих, и девушка отвеча- ла: "Благодарность состоит в том, чтобы раб израсходовал все, чем награ- дил его Аллах великий, на то, для чего он это сотворил". - "А каковы ус- тановления об еде?" - спросил факих, и девушка отвечала: "Произнесение имени Аллаха, омовение рук, еда сидя на левом бедре и тремя пальцами и вкушение того, что у тебя под рукой". - "Хорошо! - сказал факих. - Расс- кажи мне, в чем пристойность при еде?" И девушка отвечала "В том, чтобы класть в рот маленькие куски и редко смотреть на сидящего рядом". - "Хо- рошо" - сказал факих..."
"Хорошо! - сказал факих. - Расскажи мне, что вещь, что полувещь и что не вещь". И девушка отвечала: "Вещь - это правоверный; полувещь - это лицемер, а не вещь - это неверный". "Хорошо! Расскажи мне про сердца", - сказал факих. И девушка отвеча- ла: "Бывает сердце здоровое, сердце больное, сердце кающееся, сердце се- бя посвящающее и сердце светящее. Здоровое сердце - это сердце Друга Ал- лаха; сердце больное - это сердце неверного; сердце кающееся - это серд- це богобоязненных, боящихся; сердце себя посвящающее - это сердце госпо- дина нашего Мухаммеда (да благословит его Аллах и да приветствует!); и сердце светящее - это сердце тех, кто за ним следует. А сердца ученых троякие: сердце, привязанное к здешнему миру, сердце, привязанное к пос- ледней жизни, и сердце, привязанное к своему владыке. Сказано также, что сердец три: сердце привязанное - а это сердце неверного, сердце потерян- ное - это сердце лицемера, и сердце твердое - это сердце правоверного. Сказано также, что их три: сердце, развернутое светом и верой, сердце, пораненное страхом разлуки, и сердце, боящееся быть покинутым". - "Хоро- шо!" - оказал факих..."
"Хорошо! - сказал лекарь. - Расскажи мне о питъе вина". - "Разве не- достаточно удерживает тебя, - ответила девушка, - то, что приведено в книге Аллаха великого, там, где сказал он: - "Вино, и мейсир, в плоды, и гадательные стрелы - это лишь скверна из дел сатаны; сторонитесь этого, быть может вы преуспеете". И сказал он, великий: "Они спрашивают тебя о вине и мейсире; скажи: в них и прегрешение великое и полезности, но гре- ха в них больше, чем пользы". И сказал поэт: О ты, что пьешь вино, не стыдишься ли? Ты пьешь ведь то, что бог запретил нам. Оставь вино, его не пей больше ты, Ведь за него корил Аллах, право! А другой сказал в том же смысле! И пил я грех, пока не исчез мой разум И плох напиток, раз исчез рассудок. Что же касается полезных свойств, которые есть в вине, то оно дробит камни в почках, укрепляет кишки, прогоняет заботу, возбуждает великоду- шие, сохраняет здоровье, помогает пищеварению, делает здоровым тело, вы- водит болезни из суставов, очищает тело от вредных жидкостей, порождает восторг и радость, усиливает природный жар, укрепляет мочевой пузырь, придает крепость печени, открывает запоры, румянит лицо, очищает от не- чистот голову и мозг и задерживает приход седины; и если бы Аллах (велик он и славен!) не запретил вина, не было бы на лице земли ничего, что могло бы заступить его место. А что до мейсира, то это - игра на став- ку". - "А какое из вин самое лучшее?" - спросил лекарь. И девушка сказа- ла: "То, которое пьют после восьмидесяти дней или больше, и выжато оно из белого винограда, и не примешано к нему воды: нет на лице земли ниче- го, ему подобного".
Відповісти
Поперед.
Зміст
Наступ.
Гілками
